Права человека

Пилин Алексей

Иван Степанович Коротыйко очень спешил. Он спешил потому, что опаздывал на свидание со своей любимой девушкой – Катериной. Дело в том, что Иван Степанович был человеком очень занятым, так как работал в пекарне пекарем, и посему все время везде опаздывал, даже на свидание со свое любимой девушкой Катериной. Катерина этого очень не любила, потому что сама была студенткой и никогда не опаздывала – даже на лекции. Вчера Катерина заявила Ивану Степановичу, что если он завтра (то есть как раз сегодня) опоздает на свидание, то может вообще не приходить и больше ей не звонить, потому что она, Катерина, будучи студенткой, любит людей порядочных, а порядочные люди, как известно на свидания не опаздывают. Таким образом, Ивану Степановичу был дан своего рода последний шанс. Он очень хотел уйти с работы вовремя, даже чуть раньше, если получится, чтобы не опоздать на свидание, но уйти раньше не получилось. Не получилось уйти даже в положенное время – уж очень занятой был человек Иван Степанович. И вот теперь он бежал по Невскому проспекту, на котором как назло находилось очень много народу. Кто-то шел в составе групп, кто-то один, кто-то вел на поводке собачку, кто-то активно жестикулировал, рассказывая что-то своему спутнику или спутнице. Да ещё эти летние кафе, занимающие значительную часть тротуара своими столиками! Одним словом, препятствий на пути Ивана Степановича было множество. Но он все же был вынужден бежать, что было сил, огибая прохожих, их собачек, столики летних кафе, бежать, нарушая все правила, часто перебегая на левую половину тротуара и проталкиваясь между возмущенными прохожими, которые, видя, что на них прямо бежит Иван Степанович, грозно ругались и обещали позвать милицию. Иван Степанович не обращал однако на них большого внимания, он думал лишь о своей любимой девушке Катерине, c которой он должен был встретиться на Дворцовой площади возле Александрийского столпа уже через шесть минут. И до сих пор Ивану Степановичу удавалось ловко огибать всех прохожих, даже не задевая их локтями или плечом, что было совершенно недопустимо и могло повлечь серьезные последствия. Но тут, когда он собрался уже обогнать одну полную даму в синей шляпке, дама неожиданно остановилась, потому что увидела что-то интересное в витрине магазина «Английские булавки и другие товары из Европы». Иван Степанович, не успев свернуть или затормозить, врезался в полную даму, а так как он очень любил Катерину и потому очень спешил к ней на свидание, он бежал очень быстро и толчок этот получился таким сильным, что дама тут же упала на тротуар, едва успев вскрикнуть «ооохх!!!». Иван Степанович знал, что ему полагалось немедленно остановиться, помочь даме встать и спросить, не повредила ли она себе что-нибудь, а потом уже действовать по обстоятельствам и в зависимости от того, что сказала бы дама, однако он понимал, что, поступи он так, то его любимая девушка Катерина бросила бы его, чего он совершенно не мог допустить. Поэтому он лишь бросил даме «Извините!» и помчался дальше. Однако не успел он пробежать и ста метров, как перед ним возникли две фигуры в зеленой униформе, черных кожаных полуботинках и зеленых с черным фуражках. Иван Степанович понял, что это двое пеших полицейских – совсем ещё молодой и пожилой. Он остановился, понимая, что бежать от полиции не стоит, даже опаздывая на свидание с Катериной. В конце концов, подумал он, может быть, она простит его, когда узнает, что он опоздал, потому что был задержан пешей полицией за превышение скорости, потому что очень сильно торопился на встречу с ней. Иван Степанович очень надеялся, что полицейские не видели, что он толкнул полную даму, а просто остановили его за превышение скорости. Полицейские велели ему показать пешеходные права. Иван Степанович незамедлительно повиновался и достал из внутреннего кармана пиджака маленькую зеленую книжечку, по размерам чуть большую, чем студенческий билет. На первой странице была приклеена фотография Ивана Степановича с печатью Государственной пешеходной инспекции, а на второй содержалась необходимая информация о нем самом, и о том, когда были выданы права. Документы в порядке, сказал один из полицейских, но было совершено грубое нарушение прав пешеходного движения (сбита с ног гражданка в синей шляпке), поэтому права должны быть изъяты до последующего судебного разбирательства, о дате которого Ивану Степановичу непременно сообщат. До тех же пор он не имеет права ходить по улице пешком. «Судебное разбирательство». Иван Степанович понимал, что это означало для него. Подобные дела обычно рассматривают не ранее, чем через месяц после того, как было совершено нарушение, а это значит, что он как минимум в течение месяца не будет иметь права передвигаться пешком по улице. А потом ещё неизвестно, какое решение примет суд – возможно, отделаться штрафом не удастся, и его лишат прав на полгода – что тогда? Да вдобавок Катерина наверняка обидится и не станет навещать его в течение какого-то времени, пока не поймет его положения и не простит. Иван СТепанович не сомневался в том, что она простит его – она была доброй, поэтому она и стала его любимой девушкой. Но вот когда это случится? Она ведь такая ранимая и восприимчивая, будет долго на него злиться, специально не звонить по телефону и не отвечать на его звонки и уж тем более не пойдет навещать его как минимум в первую неделю, а то и две. И ещё он не сможет ходить на работу, ведь машины у него не было, а если он не сможет ходить на работу, то хозяин пекарни не сможет держать его на этой работе, и обязательно уволит. И ещё это ужасное судебное разбирательство… все эти полицейские и судья… А если лишат прав? Все эти мысли промелькнули в голове Ивана Степановича за одну секунду, то есть практически одновременно, и возможно поэтому произвели такой сильный эффект на Ивана Степановича, что он уже второй раз за сегодняшний день решился нарушить закон. Он решил бежать от полицейских, воспользовавшись тем, что на улице много народа, и он сможет в итоге затеряться в толпе или куда-нибудь спрятаться. А точнее говоря, он ничего этого не думал, а просто побежал. Полицейские, разумеется, тут же побежали за ним, крикнув только «Тьфу ты, черт!» и «Не уйдешь!». Однако то ли страх помогал Ивану Степановичу, то ли он смог уже почувствовать ритм, в котором двигались в тот день пешеходы – так или иначе, но у него получалось огибать прохожих и различные препятствия чуточку лучше, чем у полицейских. Благодаря этому он и передвигался в этой толпе чуть быстрее, благодаря чему смог отдалиться на достаточное расстояние и свернуть во двор одного из домов. Во дворе Иван Степанович быстро огляделся, пытаясь найти место, куда бы спрятаться и первым, что пришло ему в голову, стало спрятаться в пункте утилизации и хранения твердых отходов – пухто. Он подбежал к нему, зацепился руками за край, подтянулся и перевалился на другую сторону и замер. Как только он оказался внутри пухто, он услышал приближающийся топот полицейских ботинок. Потом вдруг стало тихо. Тишина продолжалась секунды три, не больше – полицейские, видимо, оглядывались по сторонам, как полминуты назад сам Иван Степанович. Потом один из полицейских сказал «Надо бы проверить подъезды», на что второй ответил «А, ладно, пока мы один проверять будем, он из другого-то и улизнет – откуда ты знаешь, в каком он прячется? А может, у него тут друг живет и он уже с ним в квартире чай пьет с пряниками!» «Такие чай с пряниками не пьют! Им бы только сумочку у дамочки вырвать, да деньги все пропить! Уж я-то их знаю!» «Да ладно, пойдем, все равно далеко не уйдет – права-то его у нас остались. До следующего патруля дойдет, и все. А если фотографию его по отделениям разослать, так через день поймают. Модно было, конечно, его пристрелить, но не могу я человеку в спину стрелять, не привыкну никак!» «Эх ты, зелень. А у меня зрение уж не то, попал бы в иностранца какого. Потом, знаешь, какие проблемы бы были? Нас и так варварами весь мир называет. Что они понимают! Ладно, черт с ним, пошли!». И полицейские ушли. Иван Степанович посмотрел на часы: у него оставалось ещё две минуты, чтобы успеть на свидание с Катериной. Он решил одну минуту подождать на всякий случай, а за одну минуту добраться до Дворцовой. Ровно через одну минуту Иван Степанович вылез из пухто и нарушил закон в третий раз – побежал сломя голову, иначе он не мог бы и надеяться на то, чтобы успеть на свидание с Катериной. Оказавшись снова на Невском, Иван Степанович не снизил скорости, а снова принялся ловко огибать прохожих и лавировать между столиками кафе. Перебегая через Мойку, Иван Степанович услышал сзади крик «Стой!», но лишь чуть замедлился и машинально оглянулся. Он увидел пешего полицейского – это был другой полицейский, не из тех двух. Иван Степанович отвернулся от него и снова ускорился, расталкивая всех прохожих. Через секунду раздался выстрел. Полицейского не смутило то, что на улице много людей. Он знал, что когда он достанет пистолет, люди разойдутся по сторонам дороги – ведь таков закон. И промахнуться он тоже не боялся – он ведь всегда был первым по стрельбе в школе пешей полиции. А таких вот гадов надо отстреливать, чтоб не мешали честным людям по улицам гулять и жизнью наслаждаться! Ишь, морда какая красная у него… а нечего бегать по улицам, сломя голову! Ооо…да у него ещё и прав нет! Надо будет сегодня доложить майору К-му, как сегодня подонка этого обезвредил.
…
«Мог бы и поторопиться сегодня, раз знает, что всегда опаздывает», - подумала Катерина, глядя на часы, и надула щечки. «Не буду ему теперь целую неделю звонить! А лучше даже две!». И ушла в сторону набережной.